Юридические услуги,Инвестиции в США. Пишите.

Аудитория была переполненной. Собственно, ее и рассчитано на большое количество слушателей, и вы же знаете, как это бывает обычно: кто прогуливает, кто заболел, у кого другие неотложные дела, поэтому некогда плуганитися на лекции. Но не сегодня.
Такого крика давно уже не слышали эти обшарпанные стены, кое украшены напивпристойнимы надписями на английском и латыни. Сегодня первый курс филфака сдал последний экзамен. Сегодня - общее собрание и распределение на практику. Сто возбужденных лиц женского пола - такую силу игнорировать опасно. Впрочем, простите, не сто, а девяносто четыре. И шестеро смельчаков мужского пола - как раз до ста. Смельчаков или счастливчиков, это уж кто как себе пожелает, так и заключает для себя, в меру своей испорченности. Если же судить объективно, то эти шестеро - забитые бесполые существа, которые за год обучения привыкли не реагировать на демонстрации нижнего белья - Девочки, вы только посмотрите, что я купила! Правда, супер! - Привыкли не смущаться, пользуясь шпаргалкой, написанной на девичьих ножках - там, где кончается юбка, и дальше вверх - до самых идущих супер! Ни один преподаватель не осмелится искать шпаргалку там. Почему же не поделиться достоянием с однокурсником, самой природой обделенным такими возможностями? Ко многому привыкла шестерка обреченных с филфака.
В глазах мерцает от яркого наряда, разноцветных причесок и раскрашенных лиц. Однако здесь существует четкое разграничение на группы по интересам, которые зачастую враждуют между собой, - такова природа женского сообщества, без интриг жизнь кажется пресным.
Селючок видно сразу. Вырвавшись из лап родительской опеки и из-под надзора сельских кумушек, девочки забросили очипки за мельницу, розфарбувались якнайяскравише, натянули клочья, что отдает безвкусицей и дешевыми духами, - и айда! Эти не желают ехать галасвита, ибо свобода немного набила оскомину, хочется обратно, в патриархально-самогонные лоно родной Задрипайливкы. Ничего, за несколько лет многих из них будет не узнать.И зарастет бурьяном их тропинка в родительский дом.
Но кто вернется. Вот, например, эта. Низенькая, набивать коротконижка с застенчиво-жирной улыбкой ханжи. У нее странная фамилия - Махарин и полный рот золотых зубов, а на голове - классическая химия. Эту двадцать первый век не волнует. Ретро.
Он тем фифам с бриллиантами в оперированных носах тоже ни к чему слоняться пыльными дорогами практических занятий. У каждой из них где батюшка считает большие деньги, а преподавательский состав давненько без зарплаты. Да и зарплата там у них - кот наплакал, только и славы, ученые. Фифы сбились отдельной кучкой и плюют через губу на грязный обкатанный паркет четыреста седьмой. У них - свой фольклор. Модерн.
А те, пожалуй, поработают. То - средний класс. Интеллигенция. Скучные каре и дешевые джинсики, дерматиновые сумочки, в которых болтается дешевая помада пастельных тонов, простенький телефон и ключи от комнаты в общежитии, а в затертых полиэтиленовых пакетах - паки добросовестно писаных конспектов. Эти учатся по идейным соображениям. И каинов огонь в глазах говорит, что им фольклорная практика - мама родная. Но на кой черт покупать сумочку, в которую влезает только помада и щетка для волос? Авангард.
Эти кучки и кланы видно сразу. Это на первый взгляд здесь однородная масса. Нет, здесь все по науке. Классовая борьба, правда, скрытая и приглушенная женским менталитетом, но шило из мешка все равно вылезает - и именно теперь такой случай.
- ... Заплатит. Знаешь, в прошлом году в Пасадене мы ...
- ... Писала. Мамка аж плакала, и ниц не поделаешь ...
- ... Чтобы не пересдавать. А тот период в литературе мы еще в первом семестре.
Ну, чего не хватает? Ага, вот. Перехвачено яркой заколки белокурые волосы, бледное лицо, крепкие бедра и плечи, обтянутые цветастой платья с секонда, - невежды, это же Гуччи, хоть и немного приношений! Большая псевдошкиряна сумка и туфли в цвет. И никакой бижутерии. Если не бриллианты - ничего не надо. Вдавиться ними.И сидит кошка сама.